«Сефер а-зихронот» глава 68
| Эта страница находится на проверке из-за опасения нарушения авторских прав. |
| Можно провести обсуждение или загрузить разрешение на копирование на странице обсуждения. |
Тора и служение
Барух из Вязина нанялся на службу к р. Элияу-Шломо, деревенскому жителю, который тоже держал хозяйство для молока и молочной продукции в соседней деревне. И теперь в его обязанность входило отвозить молочную продукцию в город и товар из города в деревню, но теперь ему не нужно было носить грузы на спине, так как деревенский житель предоставил в его распоряжение телегу и лошадь.
Два дня в неделю, первый день и четвёртый день, Барух из Вязина занимался перевозкой в одну сторону для р. Элияу-Шломо, деревенского жителя, а в остальные дни недели занимался днём и ночью Торой в бейт-мидраше.
Барух продолжал быть довольным и полным удовлетворения своим образом жизни. Прибавлялся к этому тот факт, что его работодатель, р. Элияу-Шломо, был, по всей видимости, скрытым праведником, так как Баруху не раз случалось видеть его сидящим в своём деревенском доме в уединении и усердно занимающимся Торой. Однако Барух из Вязина чувствовал стремление к чему-то сверх изучения Гемары, к чему-то, что осветит его душу и его дух большим светом, исходящим, от более открытой и более ощутимой связи со Святым, благословен Он. У него было ощущение, что одним изучением Гемары он недостаточно служит служением Творцу.
Это стремление пробудилось у него, когда ему в руки попала книга «Аводат а-кодеш». Эта книга зажгла в нём страсть к поиску более духовного и более чистого содержания в служении Б-гу. Вместе с тем он не нашёл в этой книге полного удовлетворения этого своего стремления и решил искать путь к осуществлению своего глубокого душевного желания.
До его ушей дошёл слух, что в Бриске существует ешива под руководством и наставничеством гаона и праведника рабби Шломо, в которой можно найти желание его сердца. Он направил, таким образом, свои стопы в Бриск, пешком, конечно.
Когда он пришёл в Бриск, он много услышал о ешиве рабби Шломо и о личности самого главы ешивы. Рабби Шломо был известен не только своей гениальностью в Торе, но и своим особым путём в служении Творцу. В ешиве учились шестьдесят учащихся, все старше Баруха, и среди них такие, которые были уже, женаты и ели содержание за столом своего тестя.
Сначала Барух не осмеливался познакомиться с главой ешивы и рассказать ему, что сюда его привлёк его особый путь в служении Творцу, о котором он много слышал. Барух пробыл несколько дней в ешиве, ни с кем не знакомясь. Он обнаружил в ешиве особую комнату, полную книг, среди них такие, о которых он до того даже не слышал. Там были не только книги галахи и комментарии на Шас, но и книги исследования, каббалы и мусара. Так Баруху стало возможно, с его способностями и большим усердием, познакомиться с новыми мирами, о которых у него до сих пор не было никакого знания.
Две книги, которые особенно впечатлили его, много занимали его. Одна из них — книга «А-мефоар» р. Й. Бельца, а вторая — книга «Решит хохма» рабби Элияу де Видаса. Эти книги открыли ему окно в новый мир, полный света. Из первой он научился сосредоточиваться и вникать в псалмы и молитвы, в каждое слово и в каждую букву в них, и следить, чтобы молитвы были с чистым сердцем и ясной речью, чтобы они были достойны подняться и достичь Престола славы. Из второй книги он научился служить Б-гу в святости и чистоте и очищать свои качества.
Порядок в ешиве был таков, что желающий быть принятым в ешиву обязан был пройти экзамен у р. Хаима-Ури, одного из глав ешивы. Барух ждал, таким образом, своей очереди. В течение периода ожидания Барух слушал уроки, которые давались в ешиве, и успел присмотреться к порядкам, принятым в ней. Однако большую часть своего времени он проводил в комнате, которая была переполнена шкафами и полками, нагруженными книгами. С этой комнатой он просто не мог расстаться большую часть часов суток.
Это была маленькая комната, в которой было два окна, одно, выходящее во двор, а второе — в сад. Барух выбрал себе окно, выходящее в сад, и сидел возле него много часов подряд, углубляясь в ту или иную книгу.
Однажды Барух сидел, как обычно, и углублялся в книгу «Решит хохма». В комнату вошёл гаон рабби Шломо, а Барух этого не заметил. Вдруг он услышал голос, обращающийся к нему: «Кто ты, молодой юноша, и в какое дело ты так погружён»?
Барух оторвал глаза от книги и увидел перед собой главу ешивы. Барух вздрогнул. От великого страха благоговения у него не было слов во рту. Это был первый раз, когда Барух стоял лицом к лицу с почитаемым гаоном, о котором так много слышал.
Барух занимался тогда главой 14 «Шаар а-йира» в упомянутой книге, где разбирается тема трепета. Приводится там изречение Мехильты на стих «И сказал Моше: вот то, что повелел Г-сподь, сделайте, и явится вам слава Г-спода»,. Об этом говорят мудрецы, благословенна их память: «Сказал им Моше, Израилю: это дурное начало удалите из своих сердец и будьте все в едином трепете и в едином совете, чтобы пребывать пред Вездесущим. Как Он единственный в мире — так да будет ваше служение единым пред Ним». «Решит хохма» объясняет это изречение согласно известному, что в сердце человека есть два «дома» — «одна обитель доброго начала и одна обитель дурного начала», и об этом нас предостерегли: «Да не будет у тебя чужого бога — что такое чужой бог, который в сердце человека? — это дурное начало». И поэтому «когда дурное начало в домах — во всяком служении, которое совершит человек, есть в них доля дурного начала, и Вездесущий не соединяется с ним». И поэтому пришло теперь предостережение — «чтобы их служение было единым в едином сердце и не было никакого постороннего побуждения в служении Б-гу, ибо всякое постороннее побуждение, которое будет в служении, — оказывается это побуждение причиной служения, и оно доля чужого бога, и оно не едино для Б-га, благословен Он. . . А когда с Б-жественным служением соучаствует доля начала, которое есть чужой бог, нет у Б-га, благословен Он, никакой доли в нём, ибо Святой, благословен Он, желает, чтобы служение Ему было чистым и ясным, в едином сердце, без всякой примеси и отходов».
Упомянутые слова очень впечатлили Баруха, и поэтому ему не удалось быстро воспринять слова гаона и праведника, обращённые к нему. Но сразу после того, как он пришёл в себя, он ответил главе ешивы на его вопросы, кто он и в какой книге он занимается.
Рабби Шломо ничего не сказал и вышел из комнаты. Барух не мог весь день освободиться от впечатления своей первой встречи с почитаемым гаоном.
Вечером Баруха ждала потрясающая неожиданность. Р. Авраам-Шауль, шамес ешивы, отозвал Баруха в сторону и сообщил ему, что глава ешивы приглашает его прийти в свою комнату, но это должно храниться в тайне. Барух был ошеломлён.
Когда он вошёл в комнату рабби Шломо — гаон начал расспрашивать его о его знаниях и понимании в Гемаре, комментарии Раши и Тосафот и комментариях ришоним. Он проэкзаменовал его по нескольким трактатам, и Барух заметил, что рабби Шломо доволен его знаниями.
Рабби Шломо начал спрашивать Баруха, как он зарабатывает на жизнь. Получает ли он какую-либо плату из кассы ешивы или он ест «дни» у балебатим, также он поинтересовался, где он спит.
Барух ответил ему, что он зарабатывает трудом своих рук и ночует в соседнем бейт-мидраше. Он рассказал главе ешивы о побуждениях своего прихода в Бриск, когда его цель — не только учить Тору, но и искать путь в служении Творцу. До сих пор он уже принял на себя различные самоистязания. Много часов он предавался уединению в поле и в лесу, обращая свои взоры к лазури небес и проливая много слёз.
Гаон слушал с интересом, и Барух продолжал свой рассказ.
«В течение полугода я занимался различными самоистязаниями» — сказал Барух — «но это нисколько не мешало моей учёбе. Я дошёл в ешиве р. Шауля в Вязине до „второго стола“, хотя был самым младшим из учащихся».
«Однако» — продолжал Барух объяснять рабби Шломо — «я не чувствовал удовлетворения в своей душе. Моё сердце влекло меня к новому пути в служении Б-гу, в Вязине я не нашёл покоя своей душе».
«Мне попалась книга „Марот Элоким“, и когда я вчитался в неё, на меня напал страх. Я почувствовал, что в этой книге раскрываются великие тайны, но мне не удалось их постичь. Это огорчило меня. С другой стороны, я опасался проникать в раскрытие тайн, как бы мне не оказаться недостойным их. Я принял, таким образом, на себя новые самоистязания, посты и тикуней хацот. Я хотел очистить этим свои мысли от всякого следа греха и подняться на ступень, достойную постижения тайн, которые в книге».
Барух продолжал рассказывать, как все его усилия проникнуть в тайны книги не увенчались успехом. Он решил излить свою заботу перед двумя из своих товарищей, учащихся ешивы, и вместе они пытались справиться с тайнами книги. Трое они тяжко трудились над её содержанием, но не сумели её расшифровать. Двое товарищей отчаялись во всякой надежде, а желание Баруха понять книгу выросло ещё больше. Он решил искать себе учителя, который ввёл бы его в сад тайн книги и научил бы его им.
Здесь Барух замолчал. Он посмотрел на гаона, как тот, кто хочет проверить, не сказал ли он слишком много.
«Продолжай же свой рассказ» — ободрил его рабби Шломо с приближающей улыбкой.
«Тогда до моих ушей дошла слава о ешиве в Бриске» — продолжал Барух — «и я услышал также о нашем учителе, из уст которого я смогу научиться тому, чего желает моё сердце и что жаждет знать моя душа. Я оставил Вязин и шёл пешком с места на место. В дороге я заболел, но ничто не помешало мне продолжать мой путь, пока я не пришёл с Б-жьей помощью сюда. Теперь я, благодарение Б-гу, в ешиве нашего учителя и ожидаю удобного часа, когда удостоюсь начать изучать путь нашего учителя в служении Творцу. Вместе с тем моё сердце не позволяло мне подойти по собственной инициативе к нашему учителю, пока я не удостоился милостью Б-га и не был призван войти внутрь святого».
