Перейти к содержанию

«Сефер а-зихронот» глава 41

Материал из Хабадтекста
Эта страница находится на проверке из-за опасения нарушения авторских прав.
Можно провести обсуждение или загрузить разрешение на копирование на странице обсуждения.
«Сефер а-зихронот»
Глава 1 • Глава 2 • Глава 3 • Глава 4 • Глава 5 • Глава 6 • Глава 7 • Глава 8 • Глава 9 • Глава 10 • Глава 11 • Глава 12 • Глава 13 • Глава 14 • Глава 15 • Глава 16 • Глава 17 • Глава 18 • Глава 19 • Глава 20 • Глава 21 • Глава 22 • Глава 23 • Глава 24 • Глава 25 • Глава 26 • Глава 27 • Глава 28 • Глава 29 • Глава 30 • Глава 31 • Глава 32 • Глава 33 • Глава 34 • Глава 35 • Глава 36 • Глава 37 • Глава 38 • Глава 39 • Глава 40 • Глава 41 • Глава 42 • Глава 43 • Глава 44 • Глава 45 • Глава 46 • Глава 47 • Глава 48 • Глава 49 • Глава 50 • Глава 51 • Глава 52 • Глава 53 • Глава 54 • Глава 55 • Глава 56 • Глава 57 • Глава 58 • Глава 59 • Глава 60 • Глава 61 • Глава 62 • Глава 63 • Глава 64 • Глава 65 • Глава 66 • Глава 67 • Глава 68 • Глава 69 • Глава 70 • Глава 71 • Глава 72 • Глава 73 • Глава 74 • Глава 75 • Глава 76 • Глава 77 • Глава 78 • Глава 79 • Глава 80 • Глава 81 • Глава 82 • Глава 83 • Глава 84 • Глава 85 • Глава 86 • Глава 87 • Глава 88 • Глава 89 • Глава 90 • Глава 91 • Глава 92 • Глава 93 • Глава 94 • Глава 95 • Глава 96 • Глава 97 • Глава 98 • Глава 99 • Глава 100 • Глава 101 • Глава 102 • Глава 103 • Глава 104 • Глава 105 • Глава 106 • Глава 107 • Глава 108 • Глава 109 • Глава 110 • Глава 111 • Глава 112 • Глава 113 • Глава 114 • Глава 115 • Глава 116 • Глава 117 • Глава 118 • Глава 119 • Глава 120 • Глава 121 • Глава 122 • Глава 123 • Глава 124 • Глава 125 • Глава 126 • Глава 127 • Глава 128 • Глава 129 • Глава 130 • Глава 131 • Глава 132 • Глава 133 • Глава 134 • Глава 135 • Глава 136 • Глава 137
Часть 3
Введение • Глава 1 • Глава 2 • Глава 3 • Глава 4 • Глава 5 • Глава 6 • Глава 7 • Глава 8 • Глава 9 • Глава 10 • Глава 11 • Глава 12 • Глава 13 • Глава 14 • Глава 15 • Глава 16 • Глава 17 • Глава 18 • Глава 19 • Глава 20 • Глава 21 • Глава 22 • Глава 23 • Глава 24 • Глава 25 • Глава 26 • Глава 27

Ходатаи и благотворители

Как сказано, р. Зхарья-Йерухам и р. Нахум-Товия успели многому научиться в Вильне. Среди прочего они обнаружили в бейт-мидрашах города сокровища книг и рукописей, каких никогда не видели. Также они познакомились с известными личностями, чьё имя прославилось в Вильне, «Иерусалиме Литвы», и в её округе.

Когда они были в Вильне, отошёл в мир иной известный богач и благотворитель р. Шалом-Шахна «Сарин», брат р. Рафаэля-Шломо, который был известен в Вильне под прозвищем «богатый нищий». Оба они были сыновьями «р. Авраама Любезного», как его прозвали знакомые, который был сыном р. Шимона Диктеровича из Кракова, который вместе со своим компаньоном р. Исраэлем был среди строителей великолепной синагоги Вильны в 5323 году.

Р. Авраам был единственным сыном у р. Шимона. Понятно, что родители относились к нему как к зенице ока, но, хотя они отдали его в руки лучших меламедов, он не очень преуспел в учёбе. Попросту он не был наделён соответствующими способностями. С другой стороны, у него было золотое сердце. Он часто посещал переулки и трущобы Вильны и щедрой рукой раздавал там милостыню. Когда Аврааму исполнилось 15 лет, отец поставил его над своими деньгами цдаки и передал ему полномочия относительно способов их раздачи.

Когда ему исполнилось восемнадцать, отец сосватал его с Сарой, дочерью гаона рабби Исраэля , сына гаона рабби Шалома-Шахны из Люблина, который был учеником знаменитого гаона рабби Яакова Полака из Праги. Сара была богобоязненна и добра сердцем не меньше, чем Авраам, её муж. Она всегда занималась делами цдаки, и её имя прославилось во всей Вильне и в других городах.

Когда король Сигизмунд Август сделал Вильну своим столичным городом, – он издал приказ украсить город великолепными зданиями. Два компаньона, р. Шимон и р. Исраэль, переехали в Вильну и в дополнение к остальным своим делам начали строить там дома и лавки и сдавать их внаём. Они выиграли правительственный подряд на строительство домов и дворцов для министров и вельмож королевства. Для этого они пригласили инженеров и строителей из-за границы и очень преуспели в своей задаче. Так они добились успеха и большого богатства. В то время они построили виленскую синагогу. Спустя несколько лет два компаньона разделили между собой своё имущество на условиях, установленных независимым раввинским судом из трёх.

После того как р. Шимону исполнилось шестьдесят лет, он передал свои дела сыну и двум зятьям, а сам посвятил себя Торе и служению. Поскольку у него был доступ к высокопоставленным вельможам королевства и даже к самому королю, община возложила на него бремя ходатайства. Он был избран главой «Ваада четырёх земель», выборного органа, представлявшего все еврейские интересы. Р. Шимон очень преуспел в общественной деятельности. Он сделал евреям много «благодеяний». Позднее, когда столица королевства была перенесена в Краков, – р. Шимон тоже переселился жить туда ради общественных дел.

Тем временем р. Авраам, сын, вёл разветвлённые дела. Однако как бы он ни был занят – он находил время заниматься делами цдаки, которые были для него главным в жизни. Он даже не довольствовался раздачей денег на цдаку, но и занимался ободрением бедных и поднятием их духа. В Вильне говорили о нём, что р. Авраам раздаёт бедным и угнетённым не только деньги, но и любовь и приязнь. Поэтому его называли «Авраам Любезный». И насколько р. Авраам был добр и любезен к людям, настолько Сара, его жена, была добра и любезна во много раз больше. Всю свою душу она вкладывала в работу цдаки и проявляла при этом смирение и простоту в поразительной мере. Она относилась к бедным и угнетённым как мать и как сестра. Сара проводила часы в домах бедных и больных и часто собственными руками выполняла домашние работы для больных и особенно для бедных рожениц.

У р. Авраама и Сары было два сына: Шалом-Шахна, первенец, и Рафаэль-Шломо. Когда Шалому-Шахне исполнилось четырнадцать лет, мать стала брать его с собой при посещениях домов бедных и больных, чтобы он увидел вблизи тяжёлую жизнь еврейских масс. Часто, мать велела сыну во время посещения дома бедной семьи поменяться одеждой с одним из детей, его ровесником. Она объясняла ему, что этот бедный ребёнок может стать большим знатоком Торы, чем он, ибо мудрецы сказали: «Берегите сыновей бедняков, ибо от них выйдет Тора». И Рафаэля-Шломо, своего второго сына, она воспитала в этом духе.

Их дом в Вильне был местом собрания мудрецов и убежищем для бедных. Особый дом они построили и посвятили исполнению заповеди ахнасат орхим. Знатоки Торы всегда находили приют в их доме. Вместе с тем р. Авраам никогда не проявлял превосходства над кем-либо другим и, несмотря на своё большое богатство, одевался просто и скромно.

С помощью отца р. Авраам тоже завязал знакомства с вельможами королевства и дворянами, которые часто бывали у него по торговым делам. Так р. Авраам был способен и делать людям добро. Многие евреи получили через него доступ к дворам дворян для торговых нужд или для аренды корчем, мукомольных мельниц, прудов для рыбной ловли. Многим удалось арендовать поля, сады и целые поместья. При посредничестве р. Авраама сотни и тысячи евреев переселились из больших городов, где у них были трудности с пропитанием и устройством, в деревни и малые поселения, в которых они легко устроились.

Однако именно в результате этого движения, из города в деревню, возникла новая проблема: как обеспечить евреям деревень и местечек их подобающие духовные нужды, как обеспечить образование их детям и позаботиться о том, чтобы деревенские евреи не были оторваны от еврейской общественной жизни. Для этих действий р. Шимон пожертвовал большую денежную сумму, поскольку видел в этом очень важную цель.

Р. Авраам со своей стороны продолжал помогать евреям своим путём. В каждом случае, когда дворянин обращался к нему с просьбой о займе, – он ставил условие, чтобы тот назначил еврея управляющим своими делами. Такой еврей очень отличался в своей работе и доводил до того, что дворянин много зарабатывал в своих делах. Понятно, что дворянин был благодарен р. Аврааму за то, что тот доставил ему этого еврея. Таким путём евреи получали хорошие источники пропитания и доброе имя во всех кругах аристократии. Это положение создало возможность для дополнительных евреев поселиться в деревнях, и так выросло еврейское население и в деревнях были созданы большие общины. Таким путём улучшилось не только материальное положение евреев, но и их духовное положение.

Ещё когда сыновья р. Авраама были маленькими детьми, он дал им большие суммы, чтобы они совершали с ними гмилут хасадим и одалживали небольшие суммы бедным торговцам на рынке. Он позволял им самим вести эти действия, чтобы воспитать их в делах цдаки и милосердия и чтобы столкнуть их лицом к лицу с реальностью в жизни народа.

Р. Шимон, ходатай и великий благотворитель, скончался в возрасте восьмидесяти пяти лет. В своём завещании он предназначил четверть своего имущества на цдаку, поручив раздачу «Вааду четырёх земель» по совещании с его сыном р. Авраамом. Остальное своё имущество он оставил сыну и дочерям, причём сыну он завещал двойную долю. Однако по требованию праведницы Сары, жены р. Авраама, её муж раздал дополнительную долю на дела цдаки, и главным образом на строительство синагог, написание свитка Торы, приобретение книг для бейт-мидрашей и помощь ешивам и талмуд-торам для детей.

Когда Шалом-Шахна и Рафаэль-Шломо, двое сыновей р. Авраама, выросли, он сосватал их с дочерьми родовитых семей, и они тоже, как их родители, посвятили себя делам цдаки и распространению Торы. Их дома были широко открыты для всякого нуждающегося в получении помощи и служили местами собрания мудрецов.

Со временем двое сыновей постепенно приняли в свои руки дела отца, а сам р. Авраам всё больше посвящал себя делам Торы и цдаки. И сыновья, хотя и были заняты ведением своих разветвлённых дел, находили себе досуг заниматься делами цдаки и помощи. И их жёны занимались делами цдаки и помощи ближнему, при поддержке и руководстве Сары, их свекрови. Так вся семья посвятила себя делам цдаки.

У каждого из двух братьев, р. Шалома-Шахны и р. Рафаэля-Шломо, был свой особый путь в работе цдаки. Р. Шалом-Шахна не был способен сидеть в холодные зимние ночи в своём натопленном и просторном доме, когда бедные замерзают от холода. Поэтому он выходил в бедные переулки Вильны с узелком денег в руках. Он присматривался к тому, что требует починки в домах нищих. Здесь он находил, что стены потрескались и холод прорывается сквозь них, там нет печи для отопления, а там протекает крыша. Здесь недостаёт одежды, а здесь хлеба, тут лежит больной человек, а там человек без работы. Р. Шалом-Шахна оставлял в каждом месте деньги, чтобы исправить необходимое. В ночи, когда узелка не хватало на все обнаружившиеся нужды, – он позднее посылал из своего дома помощь в нуждающиеся дома.

Поведение его брата р. Рафаэля-Шломо было таким: он не довольствовался пожертвованиями из своего кармана, а попросту ходил с копилкой для цдаки по дверям, от дома к дому, и просил, чтобы каждый опустил в неё по своему желанию и по своим возможностям. Он говаривал: отвлекись от того, что это Рафаэль-Шломо богач пришёл к тебе. Смотри перед собой на Рафаэля-Шломо нищего. Дай мне пруты, по своим возможностям, и Святой, благословен Он, поможет.

Р. Рафаэль-Шломо приводил в связи с этим изречение мудрецов: «Побуждающий к деянию больше делающего», о преимуществе влияния на ближнего, чтобы тот давал цдаку, перед самой по себе дачей цдаки. Ещё он говаривал, что пруты, собранные от многих, милее Святому, благословен Он, чем рубли, пожертвованные одним. Вообще, говаривал он, человек должен также заниматься работой цдаки посредством сбора пожертвований, а не довольствоваться дачей цдаки. Из-за всего этого р. Рафаэля-Шломо прозвали жители Вильны «богатым нищим».

По просьбе матери р. Рафаэль-Шломо время от времени добавлял из своего кармана сумму, равную деньгам, собранным в копилку для цдаки. Позднее и она сама, Сара, мать, стала добавлять подобную сумму из своего кармана. Все деньги использовались для особой цели: выкупа пленных. Это было время, когда христианские священники часто возводили наветы на евреев. Поэтому было тогда много евреев под тенью различных обвинений, и требовалось много денег для их защиты и спасения.

Р. Авраам и праведница Сара скончались в доброй старости. Их сыновья продолжали держаться особой традиции этой чудесной семьи. Своих потомков они сосватали с известными семьями знатоков Торы.

В 5415 году (1654/1655), когда Вильна оказалась в центре войны между русскими и поляками, двое братьев были уже стары и в преклонных летах. Их торговля распространилась по всей стране и велась их сыновьями и внуками. Когда казаки приблизились к Вильне, братья предоставили повозки всем евреям, чтобы они смогли своевременно бежать из города. Первыми, кого перевезли на этих повозках, были раввины и их семьи.

Братья получили помощь от русского дворянина Волкова, у которого было поместье возле Свенцян. Это поместье принадлежало в прошлом польскому дворянину, и при посредничестве р. Шалома-Шахны и р. Рафаэля-Шломо было приобретено Волковым. Для этого братья даже одолжили ему деньги на удобных условиях. И в соответствии с семейной традицией они также убедили его назначить еврея управляющим поместьем. Этот еврей, предоставленный в распоряжение Волкова братьями, хорошо ухаживал за поместьем и управлял им и приносил хорошие доходы его владельцу. По всем этим причинам Волков был признателен братьям из Вильны и поэтому теперь был рад им помочь.

Во вторник, 22 тамуза, за день до того, как казаки захватили Вильну, Волков прислал в Вильну кареты, чтобы привезти в них в своё поместье двух братьев и их семьи. Р. Шалом-Шахна и р. Рафаэль-Шломо не хотели расставаться с остальными евреями, но гаоны Вильны рабби Моше Ривкеш и рабби Шабтай Коэн (автор «Шаха») велели им ехать в поместье Волкова.

В середине месяца элул они вернулись в Вильну. Большая часть города стала добычей огня. Пожар в Вильне длился семнадцать дней. Чудом дома братьев-благотворителей остались целыми. Р. Шалом-Шахна и р. Рафаэль-Шломо поспешили начать заново строить разрушенный город. Они дали большую сумму на строительство домов, особенно для бедных.

Первым из братьев скончался р. Шалом-Шахна. Десятки тысяч евреев и неевреев участвовали в его похоронах. Его брат, «богатый нищий», р. Рафаэль-Шломо продолжал свою работу цдаки, но спустя время убедился, что он слишком стар и уже не способен обивать пороги с копилкой для цдаки, как он делал более 40 лет изо дня в день. Р. Рафаэль-Шломо созвал собрание богачей и почтенных людей города Вильны и объяснил им, что он слишком слаб, чтобы продолжать свою святую работу, и предложил им на продажу «хазаку», которая есть у него на эту заповедь, за очень большую сумму, которая будет отдана на цдаку.

Виленский богач р. Ерахмиэль Коэн согласился приобрести эту хазаку, но сказал, что не в его силах давать из своего кармана сумму, равную собранной сумме. Он готов ходить по дверям, а также заплатить требуемую сумму за приобретение «хазаки», но при условии, что из своего кармана он будет давать лишь пятую часть размера суммы, собранной в копилку. Р. Рафаэль-Шломо сказал, что на продажу предлагается вся «связка», включая дополнение суммы, равной собранной сумме, и поэтому не согласился на условие р. Ерахмиэля. Однако на собрании нашлись ещё шесть евреев, которые обязались дополнить из своих денег остальные четыре пятых. И действительно, в течение тринадцати лет р. Ерахмиэль Коэн ходил по улицам и дворам Вильны с копилкой для цдаки «богатого нищего» в руке и так собирал пруты от дома к дому. Каждый вечер, вернувшись домой, он пересчитывал деньги, записывал сумму в книгу и добавлял из своих денег соответствующую пятую часть. В конце каждой недели собирались шестеро других евреев и после точного подсчёта добавляли из своего кармана оставшиеся четыре пятых.

Уход из жизни р. Рафаэля-Шломо произвела сильное впечатление на жителей Вильны, и двое гостей, р. Нахум-Товия, скрытый праведник, и р. Зхарья-Йерухам, илуй из Немирова,не могли сдержать своего восхищения его делами и делами его семьи. В то время в Вильну пришёл приказ властей, запрещающий евреям держать служанок и кормилиц-иноверок. Главы общины Вильны не увидели в этом приказе – злого указа, но, напротив, нечто такое, что принесёт евреям хорошие последствия.