Десятая песнь
Десятая песнь — это «новая песнь», которую будут петь Мелех а-Мошиах и сыны Израиля в грядущем, во время Геулы.
Источники
В «Мехильте»[1] приводится, что на протяжении истории народа Израиля было девять песен, а десятая песнь будет в грядущем. И она приводит на это два стиха: «Пойте Г-споду песнь новую, хвалу Ему — от края земли» (Йешаяу 42, 10), а также «Пойте Г-споду песнь новую, хвала Ему — в собрании благочестивых» (Теилим 149, 1).
И «Мехильта» продолжает: «Все прошедшие песни названы в женском роде: как женщина рождает, так и за прошедшими спасениями следовало порабощение; но за спасением, которое наступит в будущем, не последует порабощение, поэтому оно названо в мужском роде... за спасением, которое наступит в будущем, не будет порабощения».
Согласно вышеприведённой «Мехильте», существует главное различие между девятью песнями, во главе которых Песнь у моря, и десятой песнью: все песни — «шира» в женском роде, поскольку после них были порабощение и изгнание, а десятая песнь — в мужском роде, «шир хадаш» («новая песнь»), ибо после неё уже не будет изгнания. Ещё одно различие между Песнью у моря и десятой песнью приводится в мидраше[2]: «Сказал Святой, благословен Он, Израилю: в этом мире вы сказали предо Мной один раз „Это Б-г мой“, но в грядущем вы скажете это же дважды, как сказано: „И скажут в тот день: вот, это Б-г наш, на Него уповали мы, и Он спасёт нас; это Г-сподь, на Него уповали мы, будем ликовать и радоваться спасению Его“»[3].
Слова «Это Б-г мой» означают, что Б-жественность пребывает в самом явном раскрытии, так, что на неё можно указать пальцем: «указывает пальцем и говорит: это», как было во время рассечения Тростникового моря. В грядущем, в десятой песни, дважды скажут «Это Б-г мой», поскольку Б-жественное раскрытие будет не только со стороны Вс-вышнего, односторонне, но так, что миры и создания станут сосудами для принятия раскрытия, и также в них, с их собственной стороны и в силу их достоинства, истина Вс-вышнего будет светить открыто.
Новая песнь упоминается во время пасхального седера в завершении благословения «Ашер гаалану»: «и возблагодарим Тебя новой песнью за наше избавление и за освобождение наших душ». А в Пасхальной Агаде с «Ликутей теамим у-минхагим» Ребе подчёркивает: «шир хадаш» («новая песнь») — в мужском роде[4].
Десять песен
В мидрашах есть несколько способов перечисления десяти песен[5]. Один из способов таков:
- Песнь, которую пели в ночь исхода из Египта (Йешаяу 30, 29).
- «Песнь у моря» (Шмот 15, 1–21).
- «Песнь колодца» (Бемидбар 21, 17–20).
- Песнь Моше при завершении написания Торы — «Аазину» (Дварим 32).
- Песнь после того, как Йеошуа остановил солнце (Йеошуа 10, 12–13).
- Песнь Дворы (Шофтим 5).
- Песнь царя Давида (Шмуэль II, 22).
- Песнь на освящение Храма (Теилим 30).
- Песнь песней царя Шломо.
- Десятая песнь — «новая песнь» в истинной и полной Геуле.
В учении хасидизма
Ребе в своих сихот связывал десятую песнь с другими вещами, связанными с Мошиахом, которых будет десять: десятая красная корова и кинор дней Мошиаха с десятью струнами.
Ребе Цемах Цедек подробно разъясняет[6] природу и уровень десяти песен — которые соответствуют десяти сфирот — согласно каббале и хасидуту. И понятно, что в десятой песни есть сущностное новшество по сравнению с девятью первыми песнями. Ребе разъясняет, что после девяти первых сфирот (которые суть начало, середина и конец, и каждая из них включает начало, середину и конец) десятая сфира и десятая песнь указывают на Ацмут.
Нигуны руководителей Хабада и десятая песнь
В словах Ребе мы находим удивительное новшество: нигуны наших Ребе, руководителей поколений, адморов Хабада, связаны с десятью песнями и направлены на них. Эти слова, по-видимому, связаны также с соответствием между нашими Ребе, руководителями поколений, и десятью сфирот.
Ребе говорил о десятой песни намёком также в следующих случаях:
В ночь Симхат Тора 5749 года (1988/1989), после того как спели десять нигунов, включая нигун рава Леви-Ицхака Шнеерсона (отца Ребе), в связи с хасидскими ушпизин, Ребе сказал, что посредством этих десяти нигунов притягивают десятую песнь, и заключил: «Что касается десятой песни — неизвестно, какая это будет песнь, но одно известно наверняка: это будет песнь и нигун, выражающие радость сердца по поводу новшества истинной и полной Геулы», и Ребе начал петь «Нет, нет, никого». Похожее высказывание есть у Ребе Раяца о нигуне, который пели при рассечении Тростникового моря (в Песни у моря): нигун неизвестен, но ясно, что это был сердечный радостный нигун.
В Шабат недельной главы «Насо», 12 сивана 5751 года (25 мая 1991), в завершение дней восполнения праздника Шавуот, во время третьей трапезы состоялся «внезапный» фарбрейнген, на котором Ребе «велел петь (десять) нигунов наших Ребе, руководителей поколений»[7]. В примечании 150 к отредактированной сихе говорится так: «После предварительного исполнения нигунов наших Ребе, руководителей поколений... — Бааль-Шем-Това, Магида, Алтер Ребе, Митлер Ребе, Цемах Цедека, Адмора Магараша, Адмора Магарашаба и моего тестя, святейшего Адмора, руководителя нашего поколения, — девяти нигунов, которыми завершают конец изгнания, и приходят к десятому нигуну — десятой песни Мелех а-Мошиаха». В примечании издателя внизу листа разъясняется относительно счёта «девяти нигунов»: шесть нигунов руководителей Хабада, от Алтер Ребе до Адмора Магарияца, и нигун «Три движения» (Бешта, Магида и Алтер Ребе), который считается за три нигуна.
А вслед за девятью нигунами спели нигун «У Элокейну».
В Рош а-Шана 5752 года (9 сентября 1991) Ребе сказал: «Следует отметить обычай в Рош а-Шана петь нигуны наших Ребе, руководителей поколений, с упоминанием их имён [начиная с ближайшего к нам — руководителя нашего поколения, моего тестя, святейшего Адмора, Адмора Магарашаба, Адмора Магараша, Адмора Цемах Цедека, Митлер Ребе, Алтер Ребе, Магида и Бешта], и можно сказать, что эти нигуны — подготовка к нигуну десятой песни». В качестве нигуна Ребе тогда спели «Ата бехартану», который обычно, как правило, пели в качестве нигуна Ребе.
Самое прямое выражение того, что нигуны Ребе и есть «десятая песнь», прозвучало в сихе в Шабат а-Гадоль — на фарбрейнгене, относящемся к 11 нисана 5751 года (26 марта 1991), в год «цадик»: «...В этой синагоге принято произносить — и громким голосом — нигун „У Элокейну“, и более того, потом повторяют это второй раз вместе с хазаном; а ведь этот нигун — один из десяти нигунов грядущего будущего, десятой песни, подобно тому, что мы находим в отношении Алтер Ребе, — именно десять нигунов, совершенство».
И действительно, Ребе научил (в ночи Симхат Тора, на особом собрании) ровно десяти нигунам, «десяти нигунам грядущего будущего», и нигун «У Элокейну» — десятый и последний нигун, которому научил Ребе, «десятая песнь» среди самих нигунов Мошиаха.
См. также
Внешние ссылки
- Рав Лев Лейбман, «Порядок нигунов руководителей Хабада и десятая песнь» на сайте «Стена нигунов»
- Изучаем Геулу: десятая песнь «Сихат а-шавуа», выпуск 1254
- История песни: 10 песен еврейской истории
Примечания
- ^ Мехильта, Шмот 15, 1.
- ^ «Шмот раба», конец раздела 23.
- ^ Йешаяу 25, 9
- ^ И указывает на «Мехильту». Приведено в Тосафот, начинающихся словами «Ве-нээмар», Псахим, 116б.
- ^ «Мехильта», Шмот 15. «Ялкут Шимони», Йеошуа, ремез 20. «Танхума», Бешалах, 10. И в таргуме на «Песнь песней», в его начале.
- ^ «Ор а-Тора», «Песнь песней» 1, 1.
- ^ Примечание издателя в начале отредактированной сихи.