Перейти к содержанию

Хасид

Материал из Хабадпедии
Рисунок, изображающий хасида, размышляющего перед молитвой

Хасид является званием, которым называются ученики Бааль-Шем-Това и ученики его учеников, главным образом за их вложение сил в служение молитвы.

Хасид служит Вс-вышнему в пнимиют — не одними внешними действиями, а внутренними силами души, соединяя разум и чувства в исполнении Торы и заповедей.[англ.]

Происхождение титула

Предыстория

В традиции Хабада, опубликованной Ребе Раяцем, рассказывается, что в первые годы хасидского движения Бешт называл своих учеников именами «любимые», «друзья» или «общество любимых» и «общество друзей», а не именем «хасиды». Лишь на закате дней Магида из Межерича это имя утвердилось среди идущих путём Бааль-Шем-Това[1]

В конце концов это имя утвердилось как имя, принятое в устах всего Израиля для идущих путём Бааль-Шем-Това[3]

Хасидов называли также «ди фрейлехе» («весёлые»): хасидут придавал большое значение служению Вс-вышнему в радости в любом положении, и говорили: «У хасидов в Девятое ава веселее, чем у миснагдим в Симхат Тора».[англ.]

Значение прозвища

Звание «хасид», выражающее человека, который посвящает все свои силы служению Вс-вышнему, встречается в словах мудрецов, благословенной памяти[4], уже в отношении Адама Первого, который занимался служением тшувы в течение ста тридцати лет. Кроме того, мудрецы используют его применительно к «первым хасидам», которые особенно вкладывали силы в служение Вс-вышнему. После распространения учения хасидута под руководством Бешта это прозвище закрепилось за всеми верящими в учение хасидута и идущими его путями. Алтер Ребе пишет (в своих показаниях во время первого ареста в 5559 году (1798/1799)): «И весь простой народ называет их именем хасидим во всех областях Белой Руси и Польши и в большей части Литвы целиком, то есть по имени первых хасидов, которые молились с намерением, как указано выше, хотя нынешние не такие великие хасиды, как первые» [5].

Мудрецы называли хасидом того, кто поступает сверх требований закона и поступается собственной выгодой ради других.[англ.]

Алтер Ребе однажды высказал идею называть хасидов «баалей тшува», так как их служение Вс-вышнему по методу хасидизма приводит их к истинной тшуве, однако отказался от этой идеи, чтобы не сказали, что тот, кто не хасид, — грешник, не дай Б-г.

Ребе Раяц ответил на вопрос нееврея о смысле прозвища «хасид»: «Имена хасид и хасидим указывают на превосходство над обычным: хасидут указывает на вид знания, который выше, чем вид знания в открытой Торе, а имя хасид указывает на человека, который во всех своих делах ведёт себя с превосходством над обычным: изучает знание хасидута, молится с воодушевлением, даёт цдаку и творит добро с превосходством».

В календаре «Айом йом» (21 адара I) Ребе пишет: «В хасидизме Хабад звание хасида — это тот, кто знает свою сущность и своё положение в знании Торы и изучении и своё состояние в исполнении заповедей. Он знает, чего ему недостаёт, и обращает на это внимание и заботится о том, чтобы восполнить недостающее, и много проявляет послушания в духе принятия ярма».

Учение хасидута, призванное исправить качества человека, подчёркивает любовь к каждому еврею, украшение заповедей, радость заповеди. Поэтому еврея, который учит хасидут и ведёт себя его путями, называют хасидом. В беседах и письмах наших Ребе много говорится о том, кто такой хасид, и ответы разные: тот, кто во всём поступает лучше, чем обязан; исполняет заповеди с украшением и радостью; долго молится и вникает в смысл молитвы; любит каждого еврея больше себя; щедр в цдаке и в добрых делах.

Описывая начало движения Хабад, Ребе Раяц пишет: хасидут Хабад требует от тех, кто идёт его путём, сверх образа жизни других хасидов — изучать знание хасидута, причём так, чтобы учёба приводила к делу: к изменению природы качеств души. В другом месте он добавляет, что хасид — не только тот, кто связан с Ребе, но и тот, кто предан делам Ребе.[англ.]

Связь с Ребе

Работе хасида над исправлением качеств и поступков очень помогает связь с цадиком — с Ребе: Ребе даёт силы, наставляет и направляет. Иткашрут к Ребе достигается изучением его Торы и преданностью исполнению его указаний — и личных, полученных в письмах, на ехидуте и т. п., и общих, которые Ребе давал всему Израилю на фарбрейнгенах и в других случаях. Есть и другие обычаи, укрепляющие у хасида чувство иткашрут и помогающие ему знать, как наилучшим образом исполнить волю Вс-вышнего.

Жизнь по хасидуту сравнивают с деревом: ствол — учение хасидута, корни — наши Ребе, ветви — хасиды. Через корни и ствол каждая ветвь получает воду, каждый хасид — жизненную силу, и так приносит плоды — исполнение заповедей с живостью и радостью.[англ.]

Образ поведения хасида

По определённому случаю Ребе Магараш подробно описал, как ведёт себя хасид[6]: «Принято говорить о каком-либо человеке, „ему не подходит так себя вести“ или „ему подходит понять это“. Так, у каждого еврея и особенно у хасидов, должно быть ясно, что „подходит“ и что „не подходит“».

1. Хасиду подходит каждый день изучать хасидут. Хасиду подходит быть погружённым в добро ради ближнего. Хасиду подходит быть в радости и даже приветливо относиться к ближнему. Хасиду подходит знать собственные недостатки и достоинства ближнего.

2. Хасиду подходит считать самого «маленького» и «простого» еврея выше себя. Хасиду подходит учиться у каждого хорошему качеству и хорошему поведению. Хасиду подходит вести себя с любовью, братством, миром и дружбой.

3. Хасиду «не подходит» не вести себя в каждой детали так, как он описал. Он завершил свои слова, благословил публику и вернулся в свою комнату.

Ребе Хабада прочно внушали хасидам, что хасид — совсем иное существо: не всё, что подходит всем, подходит хасиду. Ребе Магараш учил: как в материальном есть понятие «не подходит», так оно есть и в духовном. Хасиду не подходит не учить каждый день главу «Тании» и не быть погружённым в исправление качеств. Хасиду не подходит не заниматься молитвенным служением и иткашрут, когда должное стремление к Б-жественному звучит в хабадском нигуне. Хасиду не подходит не заниматься служением «Шма» перед сном и засыпать со всей пылью и грязью дневных дел, видя во сне пустое, которым его «одаривает» ангел, ведающий снами.[англ.]

Братство хасидов

Ребе Цемах Цедек объяснил своему сыну Ребе Магарашу в ответ на его вопрос, что имел в виду Алтер Ребе в выражении «пути хасидизма»:

Пути хасидизма — это чтобы все хасиды были как одна семья. Уже у Алтер Ребе, основателя хасидизма Хабад, очень большое внимание уделялось воспитанию хасидов в том, чтобы вести себя и жить друг с другом как настоящие братья. Алтер Ребе объяснял это притчей о теле человека: у каждого органа своя задача и свой характер, но лишь когда все органы действуют вместе, помогая друг другу, тело здорово и цело.

Поскольку все хасиды связаны с Ребе и с хасидутом, между ними есть чувство близости, одной большой семьи (в дополнение к заповеди ахават Исраэль по отношению к каждому еврею). Это выражается и в материальных делах — помогают друг другу в поиске заработка, добрым советом, — и в духовных делах — учатся и возвышаются вместе. «Хасидим эйн мишпохе» — хасиды — одна семья.

Истинная любовь хасидов больше даже, чем любовь между членами семьи. Хасид р. Йекутиэль из Докшиц так восхитился любовью, царившей между двумя знакомыми ему братьями, что сказал: любовь у них велика, как любовь у хасидов...

Ребе Раяц говорил: подлинная ахават Исраэль — у хасидов.[англ.]

Когда д-р Вайс спросил Ребе, что такое хасид, Ребе ответил ему, что хасид — это тот, кто может сказать при чтении «Шма» перед сном, что он немного больше, чем был утром[7].

Пути хасидута

Иткафья и итхапха

Когда дурное начало побуждает к запретному, а человек его одолевает, это называется «иткафья» — по-арамейски «подавление»; выражение взято из «Зоара». Более высокая ступень — «итхапха», «превращение»: человек не только подавляет влечения дурного начала, но упраздняет их и обращает в добро.

Обычно эти два пути отличают два вида людей. Цадик (в понятиях «Тании») способен к итхапха: он полностью покоряет дурное начало, обращает его в добро и возносит к святости. Тот, кто не достиг ступени цадика, служит путём иткафья: превозмогает желание согрешить и стоит против всех соблазнов. Алтер Ребе в «Тании» приводит стих «И приготовь мне яства, какие я люблю» и объясняет его применительно к этим двум видам служения: служение цадиков подобно сладким блюдам, а служение бейнонимов — острым или кислым продуктам, которые, будучи как следует приправлены, становятся вкусными. И то и другое — «яства» для Вс-вышнего, и обоими Он доволен.

Иткафья относится не только к запретному. И в дозволенном, если оно не служит святости, можно и нужно подавлять влечение и отказываться от него: например, вместо особенно вкусного, вполне кошерного пирога, который не прибавит сил для Торы и заповедей, съесть здоровую пищу, которая даст силы делать добро.

Битуль

Служение хасида требует битуля — самоупразднения перед Вс-вышним, когда человек не ощущает себя отдельным, самостоятельным «существованием». Хасидут предлагает разные пути к битулю и различает несколько его ступеней.

Принятие ярма

Хасидут учит исполнять заповеди с принятием ярма: как раб подчинён хозяину и исполняет все его указания, так и человек подчинён ярму Вс-вышнего и исполняет Его заповеди, даже когда не хочет или не понимает. Даже мишпатим — заповеди, понятные человеческому разуму (например, «не кради»), — исполняются с принятием ярма: не потому, что понятен их смысл, а потому, что так повелел Вс-вышний. Когда заповедь исполняется только потому, что это Его повеление, связь с Ним полная; исполнение по другим причинам (по разумению или из страха) тоже связывает с Ним, но не полностью.

За служением с принятием ярма следует ступень понимания и постижения величия Вс-вышнего: тогда человек ощущает самоупразднение перед Ним и исполняет заповеди с более глубоким пониманием и сопричастностью. С одной стороны, это более высокое служение; с другой — в принятии ярма есть особое достоинство: исполнять заповеди, не видя и не ощущая Б-жественного, — это и есть подлинное самоупразднение.

Один из хасидов Цемах Цедека признался ему на ехидуте: «У меня нет желания учить Тору». «Это хорошо», — удивил его Ребе и объяснил: «Ты можешь заставить себя учить и исполнять заповеди с принятием ярма — а это дело великое и чудесное. А мне очень хочется учить. Что же делать мне — как удостоиться учить Тору с принятием ярма?»

Созерцание (итбоненут)

Основа служения хасида — итбоненут. Изучив в хасидуте о величии Вс-вышнего, человек переходит к следующей ступени: глубоко обдумывает изученное, пока не поймёт его во всех подробностях и не ощутит в себе самом. Цель учёбы — чтобы она повлияла на чувства и пробудила в сердце любовь к Вс-вышнему и трепет перед Ним; эти две заповеди — корень и основа всех остальных. Путь к их исполнению — размышление о величии Вс-вышнего: разум постигает его и углубляется, а затем влияет на сердце, и оно ощущает любовь и трепет.

Пути хасидута различают три ступени итбоненут:

  1. во время учёбы — изучаемое укладывается в разуме, усваивается им и меняет мысли;
  2. перед молитвой — изучаемое входит в сердце, и человек ощущает его жизненную силу;
  3. во время молитвы — изучаемое усваивается и влияет на качества души.[англ.]

См. также

Внешние ссылки

Примечания

  1. ^ Имя «хасиды» мы впервые находим в печати в херемах миснагдим против хасидов, напечатанных на закате дней Магида из Межерича в 5532 году (1771/1772): «и именем хасидов и святых Вс-вышнего называются»; «и называют себя хасидами». Это прозвище толковалось у миснагдим в уничижительном смысле: «называющие себя именем хашудим или секта хашудим», когда они используют взаимозамену букв шин и самех у литовских евреев. Эта деталь разъяснена в учении Ребе Раяца, где он останавливается на том, что правильнее было бы, чтобы миснагдим назвали хасидов именем «миснагдим», ведь невозможно противиться чему-либо прежде его рождения, а они, казалось бы, предшествовали по времени, но Высшее провидение удостоило миснагдим, и они назвали хасидов подобающим им именем. «Наси ве-хасид», стр. 25–26. См. там ещё.
  2. ^ «Игрот кодеш» Ребе Магарияца, т. 4, стр. 504. См. также «Сефер а-сихот» 5701, стр. 32. — Из сихи Шабата недельной главы «Лех леха», 10 хешвана 5711 (21 октября 1950). «Торат Менахем», т. 2, стр. 78.
  3. ^ Ребе говорит в сихе: «Имя „хасидим“ — имя, которым в Шасе и мидрашах мудрецов называется особая категория сынов Израиля, — утвердилось в устах всего Израиля, без различия партий, именно за учениками Бешта, Магида, Алтер Ребе и т. д. Хотя, казалось бы, хасиды должны были называться именем, которым называются их противники, а миснагдим должны были называться именем хасидим, ведь именно хасиды пришли с новым (против чего и было противостояние), — на деле сами противники называли хасидов именем „хасидим“, а себя — именем „миснагдим“. Об этом сказал Ребе Раяц: что всё происходит по частному провидению, так что с раскрытием учения хасидута все признали и назвали его именем „хасидут“, а идущих по нему — именем „хасидим“, и „раз засвидетельствовал, уже не возвращается и не свидетельствует заново“ (Ктубот, 18б)[2].
  4. ^ Эрувин, 18б
  5. ^ «Игрот кодеш» Алтер Ребе, издание 5772, стр. 215. См. также в «Наси ве-хасид» в примечании 1.
  6. ^ Ребе Магараш имел обыкновение ездить в город Витебск для лечения. В одну из его поездок местные жители попросили, чтобы он произнёс перед ними маамар хасидута. Ребе ответил, что он слишком слаб, чтобы произносить ДАХ (слова живого Б-га, название маамара хасидута), но согласился выйти к ним на короткое время. Много евреев собралось во дворе дома, в котором остановился Ребе Магараш, и тогда он сказал — как в основном тексте
  7. ^ Со слов рава Зуши Вольфа

[англ.] — дополнено по статье «Chassid» английской Хабадпедии (версия 15883).

Сообщить об ошибке на этой странице