Трактаты «Бейних»
Статья без источников
| ||
| Статья без источников | |
Эту статью необходимо отредактировать. Причина: адран не оформлен в энциклопедическом виде.
| ||
| Эту статью необходимо отредактировать. Причина: адран не оформлен в энциклопедическом виде. | |
Четыре трактата в Шасе завершаются брайтой, толкующей слово «банаих» из пророчества Йешаяу (54, 13) «и велик мир сынов твоих». И вот язык брайты:
«Сказал рабби Эльазар, сказал рабби Ханина: мудрецы Торы умножают мир в мире, ибо сказано: „И все сыновья твои — ученики Г-спода, и велик мир сынов твоих“, — не читай „банаих“ (сыновья твои), а „бонаих“ (строители твои)».
Трактаты эти: Брахот, Назир, Йевамот, Критот.
Комментаторы Талмуда заметили также, что аббревиатура из начальных букв этих трактатов — «Банаих».
Адран на трактаты «Банаих»
В 5740 году (1979/1980) Ребе произнёс адран на эти трактаты. Произнесение его началось 10 швата и продолжилось на фарбрейнгенах после этого. В адране Ребе объяснил внутреннее содержание этих трактатов и связь между ними.
В предисловии к этому адрану написано, что он вышел в свет «к светлому дню, третьему дню, в который удвоено „ки тов“, недельной главы „Шмини“, „в одиннадцатый день — князь сынов Ашера“, который „даст яства царские“, к началу девяностого года Ребе — 11 нисана 5751 (26 марта 1991)».
Содержание адрана
Вопросы
В начале его Ребе приводит слова Магарши, что эта брайта связана с содержанием каждого трактата (в «Брахот» это вопрос существования мира; в «Йевамот» — что, хотя содержание трактата выглядит как искоренение слов Торы, тем не менее оно не искореняет ничего из Торы, и наоборот, этим приводит к миру. В «Назир» — что Шмуэль и Шимшон, назиры, судили Израиль и водворяли в нём мир.
«Арух ла-нер» не довольствуется объяснением Магарши, поскольку по его объяснению нет связи между трактатами; и поэтому он предлагает содержательную связь между четырьмя трактатами — что все они о том, чтобы установить мир, но это разные виды мира: мир между Святым, благословен Он, и человеком, между человеком и ближним его, между мужем и женой и между телом и душой.
«Брахот» — между человеком и Вездесущим. «Йевамот» — между человеком и ближним его (поскольку йевама не является его женой). «Назир» — между мужем и женой (ведь «увидевший соту в её падении пусть воздержится от вина»). А «Критот» — между душой и телом, поскольку человек, совершающий такое прегрешение, за которое полагается карет, разделяет между своей душой и своим телом.
Но всё ещё трудно: (1) почему есть различие в вопросах мира у каждого трактата, ведь все они в одном и том же языке? (2) если порядок в Шасе — «Брахот», «Йевамот», «Назир» и «Критот», почему порядок — «Банаих»: «Брахот», «Назир», «Йевамот» и «Критот»?
И ещё: ведь в завершениях этих трактатов вовсе не идёт речь о вопросе мира («Брахот» завершается произнесением «иди с миром» мертвецу; «Йевамот» — законами замужней женщины, которые подобны законам о жизни и смерти; «Назир» — величием ответа «амен» более, чем у героя, побеждающего на войне; «Критот» — рассказом о том, как царь и царица сидели за трапезой и спорили, что лучше — овца или коза, пока первосвященник не сказал: овца, ибо её приносят для тамида, и сказали, что он не учился, ведь Тора прямо говорит «будь то овца, будь то коза»)?
Четыре подразделения в образе мира
Суть объяснения в том, что «мир» устанавливается именно посредством Торы, поскольку мир сам по себе противится Б-жественности, а Израиль посредством Торы устанавливает мир в мире. И четыре трактата — это четыре образа этого мира.
При рассечении Тростникового моря были четыре группы среди сынов Израиля, и каждая из них — определённый путь в служении Вс-вышнему (и к нам это тоже относится, ведь Тора вечна):
(1) Группа, утверждавшая «бросимся в море», — идут с месирут нефеш на всякое повеление Святого, благословен Он. (2) Группа, утверждавшая «вернёмся в Египет», — они поняли, что Святой, благословен Он, не доволен количеством «и опустошили Египет» и надо вернуться, чтобы забрать остальное серебро, оставшееся в Египте. (3) Группа, утверждавшая «будем воевать с ними», — что нужно полностью упразднить противящегося Египта. (4) И группа, утверждавшая «возопим против них», — что нужно молиться, и противящийся упразднится сам собою.
Эти четыре группы, по сути, суть также образы мира, который устанавливается в мире:
(1) Путём месирут нефеш — показывает слабость мира, противящегося Б-жественности. (2) Путём «итхапха» — когда переворачивают мир так, чтобы он помогал святости. (3) Путём войны — упразднить противящихся Б-жественности. И (4) путём молитвы — что противящийся вовсе неприменим и упраздняется сам собою.
По сути, это четыре этапа: вначале должно быть принятие ярма путём месирут нефеш, и продвигаются к войне ради упразднения противящихся, пока не воздействуют на мир так, чтобы он не противился Б-жественности и даже помогал, и до того, что он сам обращается к добру при раскрытии его истинной сущности.
В ином слоге следует сказать о Торе, что она «дана, чтобы установить мир в мире» (и потому есть три заповеди, ради которых человек обязан отдать свою жизнь, но в остальных заповедях это запрещено, поскольку должно быть «и будет жить ими»). И в этом есть четыре образа:
(1) Со стороны рамок Дающего (Торы) — мир не может противиться, а если противится — отдают за это жизнь. А со стороны рамок принимающего: (2) воздействуют на противящегося, чтобы он помогал, или, по крайней мере, чтобы (3) не противился. И (4) совершенство служения — это соединение обоих, до того, что не существует самой реальности противящегося Б-жественности.
Как это и в содержании завершения
И на основании этого будет понятна связь этих трактатов с этой брайтой:
«Брахот» — со стороны рамок Дающего: «Крият шма» — это принятие ярма Царства Небесного вплоть до месирут нефеш, и потому трактат завершается вопросами прощания с умершим, поскольку, если невозможно устроиться в вопросах святости в мире, лучше умереть.
- [И в духе хасидута: «браха» — от слова «амшаха» (привлечение) (как говорит Мишна: «говорят: от мира и до мира» — из Мира грядущего (алма де-иткасья) в этот мир (алма де-итгалья)). И привлечение это связано с месирут нефеш, поскольку, подобно свету свечи, который сам по себе поднимается вверх и лишь из-за фитиля опускается вниз].
- Рамбам говорит, что основа трактата — благословения на пищу, и обязанность этих благословений в том, чтобы человек не был как вор: ведь весь мир принадлежит Святому, благословен Он, и только посредством благословения Святой, благословен Он, даёт человеку позволение есть. Ведь пища — это святыни Небес, а посредством благословения человек становится как раб Святого, благословен Он, а рабы едят от святынь.
- И из всего этого понятно, что мир — со стороны Дающего: человек, который ест, должен самоустраниться, и лишь тогда он может есть.
«Йевамот» — со стороны рамок принимающего, посредством отбора и обращения к святости. Йибум предпочтительнее халицы, поскольку халица — это вопрос ссоры и раздора между деверем и его йевамой, а также между ним и его братом. Однако тем не менее и в халице есть вопрос мира — что она может выйти замуж за того, за кого хочет; и так же приводится в «Зоаре», что халица делает благо душе умершего. Но основа мира — в йибуме.
Смысл этого в служении: как правило, у человека есть порождения, то есть добрые дела, а когда их у него нет — это от вмешательства «леумат зе», ведь это вызывает его отторжение от предела святости, и посредством йибума, который называется рождением от умершего, или, по крайней мере, халицы, которая совершает исправление его души (но рождения у него при этом не происходит, и поэтому йибум предшествует). И из всего этого понятна связь трактата с вопросом мира со стороны рамок принимающего (когда проверяют, что ему лучше) и обращения его к святости.
В завершении трактата сказано также, что мудрецы отменили тщательный допрос свидетелей по имущественным делам, чтобы не запирать дверь перед заёмщиками. И в этом тоже подчёркнут мир со стороны принимающего: Святой, благословен Он, (Дающий) потребовал допрашивать и исследовать свидетелей, чтобы не было принято ложное свидетельство, и это не из опасения лжи, а по постановлению Писания. А поскольку Тора считается с рамками принимающего, потребовали этого и в имущественных делах (а не только в делах о жизни и смерти). Однако мудрецы продвинулись ещё на шаг в сторону рамок принимающего и сказали, что нет нужды в допросах и исследованиях, поскольку это заставит некоторых людей воздерживаться от выдачи ссуд.
И более подробно: истина Торы (Дающего), которая выражается в двух свидетелях, соответствует рамкам мира (принимающего) — что нет изъяна в свидетельстве. А учёт рамок принимающего — в том, что ради блага мира предпочтительнее не допрашивать, и так же не будет заперта дверь перед заёмщиками.