«Шулхан арух» (Алтер Ребе)/«Орах хаим», раздел 197
«Орах хаим», 197
Закон присоединения к зимуну трёх или десяти, и в нём 9 пунктов: Двое, которые ели вместе и закончили свою трапезу, и пришёл третий и обосновался у них, если они не настолько сыты, так что если бы принесли перед ними какую-нибудь любимую ими вещь на завершение трапезы, они могли бы съесть из неё хотя бы сколько-нибудь, — их трапеза ещё не закончилась, и он присоединяется к ним, хотя они ничего не ели с тех пор, как он пришёл к ним. А если уже сказали «Благословим благословение после еды» — вот, они отвлеклись от того, чтобы есть ещё, и их трапеза закончилась, и он уже не присоединяется к ним, если только они не поели с ним. (И нечего и говорить, если явно отвлеклись от того, чтобы есть ещё. И даже по мнению тех, кто говорит, что отвлечение внимания от еды не обязывает снова благословлять «А-моци», если передумал, чтобы снова есть, потому что человек обычно передумывает за своей трапезой, чтобы продлить её с малой трапезы до большой, всё же пока он не передумал и не ест снова — первая еда закончилась с его отвлечением, поскольку он держится своего решения и не отступает от него [)]. И всё же, даже если омыли руки маим ахроним — заповедь, чтобы снова омыли маим ришоним, и благословили «А-моци», и съели кезаит, чтобы благословить с зимуном. И даже если тот вовсе не желает есть — заповедь дать ему поесть немного, чтобы произнести на него зимун, ибо на всяких двоих, которые ели вместе, заповедь добиваться зимуна, насколько могут, как объяснено в разделе 193: Произносят зимун только на того, кто съел кезаит, ибо меньше кезаита не называется едой, и даже если ел хлеб. А с тех пор, как съел кезаит, произносят на него зимун, и он присоединяется как к трём, так и к десяти, даже если съел кезаит овощей или прочих плодов. И даже если в овоще нет кезаита, но он обмакнул его в рассол и съел, и в нём кезаит вместе с рассолом, который на овоще, — произносят на него зимун, ибо рассол присоединяется, как будет объяснено в разделе 210. И даже если ничего не ел, а выпил ревиит какого-либо напитка, и даже воды, — присоединяется к ним и отвечает: «Барух ше-ахальну», ибо питьё входит в понятие еды. И это при условии, что съел этот кезаит или выпил этот ревиит после того, как взошёл и возлёг с ними на ложе во дни мудрецов Талмуда, ибо таков был способ установления их трапезы, а в наше время при сидении за одним столом, ибо если нет, даже тот, кто ест хлеб, не присоединяется, как объяснено в разделе 193. И всё же нужно сидеть только во время его еды или питья, но во время зимуна могут произнести на него зимун, даже если он стоит снаружи у двери, как объяснено в разделе 194. И даже трое, которые ели овощи или пили, присоединяются к семи, которые ели хлеб, чтобы произнести зимун с Именем, поскольку заметное большинство состоит из едящих хлеб. Но шестеро, которые ели хлеб, — не произносят зимун с Именем с присоединением четырёх, которые не ели хлеба, ибо шестеро не являются заметным большинством. А некоторые говорят, что облегчили в отношении еды овощей или прочих кушаний, кроме хлеба, и питья любого напитка, только для присоединения к десяти, ибо уже есть из едящих хлеб количество, подходящее для зимуна, только они не вправе упоминать Имя при менее чем десяти, поэтому достаточно присоединения трёх едящих овощи или пьющих какой-либо напиток, ведь они тоже могут ответить с ними: «Барух Элокейну ше-ахальну мишело», но при зимуне трёх, если нет трёх, которые ели хлеб, которые обязаны зимуном, — не произносят зимун с присоединением того, кто не ел хлеба, поскольку он не обязан зимуном. И следует опасаться их слов изначально, так что если ели двое и пришёл к ним третий, и они могут побудить его съесть кезаит хлеба, — пусть дадут ему хлеб. Но если он не хочет — принято давать ему пить или есть сладости и произносить на него зимун, по первому мнению: И всё это в отношении присоединения, но три едящих хлеб, которые произносят зимун по словам всех, — с ними может ответить даже тот, кто съел кезаит овощей или выпил ревиит, и даже не сидя за столом с ними, как будет объяснено в разделе 198: Присоединяющийся должен остерегаться не благословлять заключительное благословение, пока на него не произнесут зимун, ибо если благословил заключительное благословение на свою еду или питьё — уже не может произнести зимун и отвечать с ними, ибо уже удалился от них: До какого места длится зимун? До завершения благословения «А-зан», ибо все присоединяющиеся к зимуну должны направить намерение и слушать первое благословение благословения после еды из уст ведущего зимун, как объяснено в разделе 193. И хотя он слышал благословение «А-зан», не освободился им от заключительного благословения на свою еду, если только не ел финики, а при питье не освободился, если только не пил вино, как будет объяснено в разделе 208. И всё же изначально пусть имеет в виду не исполнять своей обязанности изначально слушанием благословения после еды, ибо изначально нужно благословлять на каждый вид подобающее ему благословение, как будет объяснено: Двое, которые поели и насытились и дали третьему поесть немного, чтобы он присоединился к ним для зимуна, если он съел кезаит хлеба — может благословить для них благословение после еды, даже если не ел до сытости и не обязан благословением после еды от Торы, как они, потому что по Торе даже тот, кто вовсе не ел, может освободить того, кто ел и насытился, ибо не сказали: всякий, кто не обязан в деле, не освобождает других от их обязанности, иначе как о том, кто вовсе не заповедан, как женщины в заповедях, которые не действуют для них, но всякий, для кого эта заповедь действует, хотя сейчас обязан в ней не он, а его товарищ, — он тоже называется обязанным в деле по закону поручительства, ибо все сыны Израиля поручители друг за друга, и ему надлежит спасти товарища от греха и освободить его от заповеди, которой тот обязан. И хотя благословение после еды является благословением на наслаждения, а в благословении на наслаждения тот, кто не наслаждается, не освобождает того, кто наслаждается, потому что он не обязан в этом благословении из-за поручительства, поскольку оно не обязанность для его товарища, ибо тот может не наслаждаться и не становиться обязанным в благословении, как объяснено в разделе 167, всё же в благословении после еды, поскольку тот уже насладился и стал обязан благословить, — он обязан спасти его от греха и благословить для него. Только мудрецы сказали, что тот, кто не ел хлеба, не может благословить благословение после еды, ибо не следует благословлять благословение на наслаждения без наслаждения, и опёрли это на то, что написано: «И будешь есть, и насытишься, и благословишь», тот, кто ел, он пусть благословит. И даже если тот, кто ел и насытился, не умеет благословлять, — его товарищ не благословляет для него, ибо в руках мудрецов есть сила искоренить вещь из Торы бездействием, и ещё, что это не искоренение, ибо может другой поесть с ним и благословить для него. Но тот, кто ел хлеб, даже кезаит, поскольку благословляет за собственное наслаждение, — освобождает также товарища, который ел до сытости. Но если не ел кезаита хлеба, после которого благословляют благословение после еды, даже если ел варёное блюдо из пяти видов, после которого благословляют Меэйн шалош, — не может благословить благословение после еды, чтобы освободить едящих хлеб, даже если они съели только кезаит. А некоторые говорят, что тот, кто не ел до сытости, не освобождает того, кто ел до сытости. И хорошо опасаться их слов изначально, так что если из членов компании часть ели до сытости, а часть не ели до сытости, — благословляет один из евших до сытости, и другие исполняют обязанность. Если только среди евших до сытости нет того, кто умеет благословлять, — тогда пусть благословит тот, кто съел кезаит, и освободит всех от их обязанности (если он уже был сыт прежде, чем съел кезаит, так что невозможно ему привести себя к обязанности по Торе тем, что съест больше. Но если может съесть больше — следует опасаться последнего мнения): А если все ели до сытости, а часть пили, а часть не пили и хотят пить, — хорошо, чтобы благословил тот, кто пил, потому что некоторые говорят, что по Торе обязан благословить, только если пил, если он хочет пить, ибо сказано: «И будешь есть, и насытишься», и мудрецы истолковали: «И будешь есть» — это еда, «и насытишься» — это питьё. И хотя их слова не основные, ибо это лишь опора, на которую опёрлись мудрецы, чтобы обязать благословением после еды за кезаит, ибо сказано: «И будешь есть» — это еда, а еда в кезаит, «и насытишься» — это питьё, но стих не выходит из своего простого смысла, что обязан благословить, только когда поел и насытился, даже если не пил, всё же хорошо опасаться их слов там, где возможно, чтобы благословил тот, кто пил. Но если часть ели досыта и не пили, а часть не ели досыта и пили, — пусть благословит тот, кто ел досыта, хотя не пил, поскольку основным является мнение тех, кто говорит, что обязанность благословения после еды по Торе зависит от еды до сытости, а не от питья: И всё это когда благословляют с зимуном по установлению мудрецов, что только ведущий зимун благословляет и освобождает всех от их обязанности. Но теперь, когда все благословляют шёпотом вместе с ведущим зимун, — не нужно опасаться всего этого, и может благословить даже тот, кто съел только кезаит и не пил, хотя есть другие, которые ели досыта и пили. Только уже объяснено в разделе 183, что не следует так поступать, а пусть слушают из уст ведущего зимун по крайней мере до завершения благословения «А-зан»: Тот, кто уже был сыт прежде, чем поел, и ел сверх сытости, если его горло насладилось этой едой, — благословляет перед ней и после неё и освобождает других от их обязанности, хотя они обязаны по Торе, а он обязан лишь по словам софрим. Но если его душа отвращается от неё и его горло не наслаждается его едой — вовсе не благословляет, ни перед ней, ни после неё, потому что это вовсе не считается едой для всех заповедей Торы, как в отношении повелительных заповедей, как объяснено в разделе 476, так и в отношении запретительных заповедей, как мы написали в разделе 612:
